?

Log in

No account? Create an account
Скромные холостяцкие ужины - Аутоаутопсия и аутопсия доктора-лектора
Ноябрь 28, 2017
01:14 pm
[User Picture]

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Скромные холостяцкие ужины
еMG_0517парлоссь.JPG

1.еMG_0517парлоссь.JPG
Лосось и цветная капуста на пару, свежие огурец и помидор.

2.еMG_0516.JPG
Сыр (пармезан российский, очень похож на "настоящий", грюйер (швейцарский) и что-то ещё; кайса; сухое красное вино.

3.еMG_0518стйк.JPG
Стейк, отварная брюссельская капуста, обжаренный острый кркасный перец, маринованные острые перчики и халапеньо.

4.еMG_0519чймбмят.JPG
Греческий обезжиренный йогурт с кедровыми и грецкими орехами, миндалём, черносливом и кайсой, приправлено сушёной мятой; чай с мятой же; имбирные цукаты с тростниковым сахаром.

5.еMG_0523мд.JPG
Мидии в белом вине, лимон, петрушка, сухое белое вино.

6.еMG_0540арк.JPG
Спагетти неро и арки (консервы), тушёные с обжаренным до легчайшей розоватости луком, томатом и чёрным перцем, приправлено остро-сладким соусом чили; сухое красное вино.

*       *       *





*       *       *



      «Был уже поздний вечер, когда маленький «Лишайник» встал потихоньку на якорь и мы с Квикегом очутились на берегу, так что в этот день мы уже не могли заняться никакими делами, кроме добывания ужина и ночлега. Хозяин гостиницы «Китовый фонтан» рекомендовал нам своего двоюродного брата Урию Хази, владельца заведения «Под котлами», которое, как он утверждал, принадлежало к числу лучших в Нантакете и к тому же ещё славилось, по его словам, своими блюдами из отварной рыбы с приправами. Короче говоря, он совершенно недвусмысленно дал нам понять, что мы поступим как нельзя лучше, если угостимся чем бог послал из этих котлов. Но указания его насчёт дороги – держать жёлтый пакгауз по правому борту, покуда не откроется белая церковь по левому борту, а тогда, держа всё время церковь по левому борту, взять на три румба вправо и после этого спросить первого встречного, где находится гостиница, – эти его угловатые указания немало нас озадачили и спутали, в особенности же вначале, когда Квикег стал утверждать, что жёлтый пакгауз – первый наш ориентир – должен оставаться по левому борту, мне же помнилось, что Питер Гроб определённо сказал: «по правому». Как бы то ни было, но порядком поплутав во мраке, стаскивая по временам с постели кого-нибудь из мирных здешних жителей, чтобы справиться о дороге, мы наконец без расспросов вдруг поняли, что очутились там, где надо.

     У ветхого крыльца стояла врытая в землю старая стеньга с салингами, на которых, подвешенные за ушки, болтались два огромных деревянных котла, выкрашенных чёрной краской. Свободные концы салингов были спилены, так что вся эта верхушка старой мачты в немалой степени походила на виселицу. Быть может, в то время я оказался излишне чувствителен к подобным впечатлениям, только я глядел на эту виселицу со смутным предчувствием беды. У меня даже шею как-то свело, покуда я рассматривал две перекладины – да-да, именно две: одна для Квикега и одна для меня! Не дурные ли это все предзнаменования: некто Гроб – мой хозяин в первом же порту, могильные плиты, глядящие на меня в часовне, а здесь вот – виселица! Да ещё пара чудовищных чёрных котлов! Не служат ли эти последние туманным намёком на адское пекло?

     От подобных размышлений меня отвлекла веснушчатая рыжеволосая женщина в рыжем же платье, которая остановилась на пороге гостиницы под тускло-красным висячим фонарём, сильно напоминавшим подбитый глаз, и на все корки честила какого-то человека в фиолетовой шерстяной фуфайке.
     – Чтоб духу твоего здесь не было, слышишь? – говорила она. – Не то смотри, задам тебе трёпку!

     – Всё в порядке, Квикег, – сказал я. – Это, конечно, миссис Фурия Хази.

     Так оно и оказалось. Мистер Урия Хази находился в отлучке, предоставив жене в полное распоряжение все дела. Когда мы уведомили её о своём желании получить ужин и ночлег, миссис Фурия, отложив на время выволочку, препроводила нас в маленькую комнатку, усадила за стол, изобилующий следами недавней трапезы, и, обернувшись к нам, произнесла:

     – Разинька (зд.: вид некрупного съедобного двустворчатого моллюска; у Мелвилла - просто "clams" - и небольшое расследование темы) или треска?
     – Простите, что такое вы сказали насчёт трески, мадам? – с изысканной вежливостью переспросил я.
     – Разинька или треска?
     – Разинька на ужин? Холодный моллюск? Неужели именно это хотели вы сказать, миссис Хази? – говорю я. – Не слишком ли это липкое, холодное и скользкое угощение для зимнего времени, миссис Фурия, как вы полагаете?

     Но она очень торопилась возобновить перебранку с человеком в фиолетовой фуфайке, который дожидался в сенях своей порции ругани, и, видимо, ничего не разобрав в моей тираде, кроме слова «разинька», подбежала к раскрытой двери в кухню, выпалила туда: «Разинька на двоих!» – и исчезла.

     – Квикег, – говорю я. – Как ты думаешь, хватит нам с тобой на ужин одной разиньки на двоих?

     Однако из кухни потянул горячий дымный аромат, в значительной мере опровергавший мои безрадостные опасения. Когда же дымящееся блюдо очутилось перед нами, загадка разрешилась самым восхитительным образом. О любезные други мои! Послушайте, что я вам расскажу! Это были маленькие, сочные моллюски, ну не крупнее каштана, перемешанные с размолотыми морскими сухарями ("sea bisquits", галеты/сухари простого состава (мука и вода, иногда немного соли), тщательно высушенные - "дважды выпеченные" - для обеспечения длительного хранения) и мелко нарезанной солёной свининой (в оригинале "бекон", надо думать, копчёный)! Всё это обильно сдобрено маслом и щедро приправлено перцем и солью!

     Аппетиты у нас порядком разыгрались на морозном воздухе после поездки, особенно у Квикега, неожиданно увидевшего перед собою любимое рыбацкое кушанье; к тому же на вкус это блюдо оказалось просто превосходным, так что мы расправились с ним с великой поспешностью, и тогда, на минуту откинувшись назад, я припомнил, как миссис Фурия провозгласила: «Разинька или треска!», и решил провести небольшой эксперимент. Я подошёл к двери в кухню и с сильным чувством произнёс только одно слово: «Треска!» – после чего снова занял место у стола. Через несколько мгновений вновь потянуло дымным ароматом, только теперь с иным привкусом, а через положенный промежуток времени перед нами появилась отличная варёная треска.

     Мы снова принялись за дело, сидим и орудуем ложками, и я вдруг говорю себе: «Интересно, разве это должно действовать на голову? Кажется, есть какая-то дурацкая шутка насчёт людей с рыбьими мозгами? Но погляди-ка, Квикег, не живой ли угорь у тебя в тарелке? Где же твой гарпун?»

     Тёмное это было место «Под котлами», в которых круглые сутки варились немыслимые количества рыбы. Рыба на завтрак, рыба на обед, рыба на ужин, так что в конце концов начинаешь оглядываться: не торчат ли рыбьи кости у тебя сквозь одежду? Пространство перед домом сплошь замощено раковинками разинек. Миссис Фурия Хази носит ожерелье из полированных тресковых позвонков, а у мистера Хази все счётные книги переплетены в первоклассную акулью кожу. Даже молоко там с рыбным привкусом, по поводу чего я долго недоумевал, пока в одно прекрасное утро не наткнулся случайно во время прогулки вдоль берега среди рыбачьих лодок на пятнистую хозяйскую корову, которая паслась там, поедая рыбьи останки, и ковыляла по песку, кое-как переступая ногами и волоча на каждом своём копыте по отсечённой тресковой голове.

     По завершении ужина мы получили от миссис Фурии лампу и указания относительно кратчайшей дороги до кровати, однако, когда Квикег начал было впереди меня подыматься по лестнице, эта леди протянула руку и потребовала у него гарпун – у неё в спальнях гарпуны держать не разрешается.

     – Почему же? – возразил я. – Всякий истинный китолов спит со своим гарпуном. Почему же вы-то запрещаете?
     – Потому что это опасно, – говорит она. – С того самого раза, как нашли молодого Стигза после неудачного плавания, когда он уходил на целых четыре с половиной года, а вернулся только с тремя бочонками жира, как его нашли у меня в задней комнате на втором этаже мёртвого с гарпуном в боку, так с самого того раза я не разрешаю постояльцам брать с собой на ночь опасное оружие. Так что, мистер Квикег (она уже выяснила, как его зовут), я у вас беру этот гарпун, а утром сможете получить его назад. Да вот ещё: что закажете на завтрак, разиньку или треску?
     – И то и другое, – ответил я. – И вдобавок пару копчёных селёдок для разнообразия».


(Генри Мелвилл, «Моби Дик, или Белый кит»)

______________

     P.S. Интересно, что в оригинале и название главы не «Отварная рыба», как в русском переводе, а «Chowder» - т.е. загущённый суп или рагу, обычно из морепродуктов)

Настроение: Хм...
Tags:

(6 комментариев | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:earlyhawk
Date:Ноябрь 28, 2017 09:51 am
(Link)
Мисс Фурия. То есть, мисс Гарпия!
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Ноябрь 28, 2017 11:17 am
(Link)
:)
[User Picture]
From:modest_kukan
Date:Ноябрь 28, 2017 11:37 am
(Link)
Консервированные арки как-то не попадались мне у нас в продаже. Мидии в белом вине - поддерживаю с энтузиазмом. Несколько лет назад на Сахалине оторвался местными мидиями, хоть и не в белом вине были, но воспоминания до сих пор волнуют вкусовые рецепторы.
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Ноябрь 28, 2017 01:11 pm
(Link)
Да и я их впервые встретил... Мидии вкусные.
[User Picture]
From:featherygold
Date:Декабрь 4, 2017 10:11 pm
(Link)
Подтверждаю, очень вкусные))
[User Picture]
From:atsman
Date:Ноябрь 28, 2017 02:50 pm
(Link)
Ха-ха-ха-ха! Рыба наложенного платежа очень сомнительного качества! Браво! :))))

///Греческий обезжиренный йогурт с кедровыми и грецкими орехами, миндалём, черносливом и кайсой///
Какой жирный обезжиренный йогурт! :)))
Лайк фсё.

Урия, Фурия... Вспомнилась группа из молодости - Юрайа Хип, Uriah Heep... :)))

Edited at 2017-11-28 14:51 (UTC)
другой дневник, на ли-ру. С картинками и фотоальбомом! Разработано LiveJournal.com