?

Log in

No account? Create an account
Метелью навеяло-напомнило... - Аутоаутопсия и аутопсия доктора-лектора
Январь 27, 2006
10:11 pm
[User Picture]

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Метелью навеяло-напомнило...
(с) Влад Авигдор

ОБЫЧHОЕ РОЖДЕСТВО
(Из жизни немцев)

Рождество трубочист Гуго всегда встречал одинаково. Он залезал в трубу, из которой хорошо были видны звезды, и пел песни. Правда, пел он их про себя, потому что был крайне неразговорчив.

Шумные праздники, на которых можно вдоволь наболтаться, натанцеваться или хотя бы просто напиться, он не любил. Дело в том, что у Гуго не было родных, а в гости его приглашали нечасто. Своего папашу он вообще не помнил, знал только, что его звали Клаусом, что он тоже был трубочист, и что однажды, безрассудно хлопнув лишний стаканчик шнапса, он полез чистить трубу в доме алхимика и чернокнижника Уринауса, в которой (это уж всем известно) живет черт. Обратно из этой трубы Клаус так и не вылез, и никто не знает, куда он пропал. Когда же кто-нибудь пытался дознаться об этом у злонамеренного Уринауса, то в ответ получал лишь беззвучный оскал гнилых зубов. Вдова бергмастера Пфаффельберга, правда, уверяла, что Клаус превратился в рыжего, вечно пьяного кота, спокойно жиреющего в доме Уринауса, но ей мало кто верил.

Мама Гуго одиноко и молчаливо воспитывала сына до девяти лет, а потом тихо погасла, как фосфорная спичка в вязкой темноте штольни. С тех пор Гуго жил в домике у доброй старенькой фрау Кнопп, которой заменил сына.

В пятнадцать лет Гуго надел отцовский фрак и цилиндр и стал вскоре полным хозяином в царстве ветра, труб и черепичных крыш. Как известно, с ветрами можно разговаривать и про себя, поэтому на людях Гуго был очень молчалив.

В общем, Гуго был обычным трубочистом, жизнь которого тянулась серой вереницей понедельников и упиралась в Рождество. Весь год Гуго ждал той ночи, когда он снова залезет в трубу и будет петь песни и слушать болтовню ветров.

Так вот, в то Рождество, примечательное разве только тем, что накануне его сбежала с каким-то мадьяром дочь господина бургомистра Глюка, Гуго оделся потеплей и полез в трубу. Примерно на середине трубы Гуго сел на приготовленную заранее дощечку, не торопясь раскочегарил свою носогрейку и начал петь. Про себя, конечно.

Hа пятом куплете этой веселой песни о башмачнике Хейнке, лодыре и пьянице, попавшем в Ад и споившем там всех чертей, в трубу залетел шальной ветер из Тюрингии. Он свистнул:
- Здорово, Гуго, чумазый простофиля! Опять в трубе застрял, увалень? Давай-ка лучше махнем в Бергштадт, там такая фройляйн живет - ой-ла-ла! Покружим ее, пощиплем за щечки, чмокнем в румяные губки - и-и-и-эх!
И, не дождавшись ответа, ветер унесся прочь. Вот ведь ветреная голова!

А Гуго улыбнулся, посмотрел вверх, на звезды, светящиеся, как дырки в одеяле, и стал петь другую песню, про пузатую пивную кружку, в которой утонул неосмотрительный попугай-сквернослов.

Hа третьем куплете в трубу волчком спустился пахнущий порохом и сталью ветер из Тироля. Он чихнул и зашумел:
- Доннерветтер, Гуго, Тироль совсем свихнулся! Барон фон Пеппель снова полез на того сумасшедшего герцога из Фюхтельпляца. А герцог, не будь дурак, выставил против него пятьдесят с лишним мортир! Шарахнуло так, что от барона осталась только перо со шляпы! Страшно весело, но от дыма не продохнуть!

Ветер допел с Гуго песню, потом снова чихнул и улетел проветриться. А Гуго заново набил свою носогрейку и завел песню про глупого барана, который объелся эдельвейсов и совсем сошел с ума.

Уже на первом куплете в трубу рухнул мертвецки пьяный ветер из Баварии. Своими заплетающимися струями он слюняво зашелестел:
- Ах, киндер кляйн! Ауфшлёссен унд дер кайзерлихь...

Вскоре Гуго понял, что в Мюнхене какой-то бездельник схватил ветер за хвост и засунул в бочку с черным пивом. В этой бочке ветер просидел до самого вечера, а когда его выпустили, был уже не в себе. Он стал хулиганить, швырять чем попало в прохожих и хватать за подол почтенных дам. Потом он долго танцевал менуэт с двумя могильщиками и, наконец, полетел куда глаза глядят, неожиданно решив, что его никто не любит. Песню про барана он петь почему-то отказался, совсем раскис и, заявив, что отправляется в Иерусалим, улегся спать тут же, в трубе.

Hу, потом к Гуго залетали ветры из Гертвейзена, Кастафейбрунна, Мейстеншафта и еще откуда-то.

Последним прилетел неизвестно откуда взявшийся унылый ветер из серой Богемии. Он стал занудливо рассказывать Гуго о каких-то занесенных снегом Пшебышевских болотах, по которым прыгают заиндевелые жабы, питающиеся льдом. Этот ветер все нудил, и нудил, и надоел Гуго до смерти. "Hу при чем тут эти сумасшедшие жабы?" - подумал он, а вслух сказал: "Х-гм..."

Hе сказав унылому ветру "до свидания", Гуго вылез из трубы и пошел спать.

Перед тем, как залезть в постель, он выпил рюмочку целительного бальзама "Шляффенглюк", который ему очень рекомендовала добрая старенькая фрау Кнопп.

Засыпал Гуго долго, с чувстом, уютно устроившись под двумя одеялами. Он немного продрог - все-таки два часа пел песни в трубе, пусть даже про себя.

Hа крыше выл от одиночества чумной ветер из серой Богемии. За окном было темно. А может, совсем ничего не было.

Гуго заснул, уверенный в том, что в будущем году ему не надо будет просыпаться.

Настроение: снежное
Музыка: Снег идёт (Несчастный случай)
Tags:

(2 комментария | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:uzin
Date:Январь 27, 2006 07:39 pm
(Link)
Очень здорово! Очень понравилось!

Не в тему: замеченные опечатки:
в царстве ветра, труп и черепичных крыш.
схватил ветер зп хвост
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Январь 27, 2006 07:57 pm
(Link)
спасибо
другой дневник, на ли-ру. С картинками и фотоальбомом! Разработано LiveJournal.com