?

Log in

No account? Create an account
Цветы для миссис Харрис (07) - Аутоаутопсия и аутопсия доктора-лектора
Октябрь 5, 2006
10:33 am
[User Picture]

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Цветы для миссис Харрис (07)
       Прежде, чем строгая дама в чёрном успела ответить, миссис Харрис кое-что вспомнила. Она встречала слово «коллекция» в журналах мод, хотя и думала, что речь идет о благотворительности - что-то вроде воскресного сбора пожертвований(*).
       Теперь природная сообразительность помогла ей разгадать загадку.
       - Слушайте-ка, - сказала она, - а если я как раз и хочу посмотреть эту вашу коллекцию - что тогда?
       Мадам Кольбер, желавшую лишь поскорее вернуться к своим делам и к мыслям о своих бедах, охватило нетерпение.
       - Прошу прощения, - холодно сказала она, - но сегодня в салоне мест нет. Равно как и до конца недели.
       И чтобы спровадить наконец это ходячее недоразумение, она воспользовалась обычной формулировкой:
       - Если вы будете любезны сообщить название отеля, в котором остановились, то, возможно, на следующей неделе мы пришлём вам приглашение...
       Праведный гнев воспламенил миссис Харрис. Она придвинулась на шаг к мадам Кольбер, и розовая розочка яростно закачалась в такт её словам:
       - Ничего себе! Вы, значит, ещё когда-нибудь пришлёте мне приглашение потратить мои денежки - денежки, которые, между прочим, достались мне нелегко: я и метелкой поработала, и щеткой, и тряпкой, и портила руки горячей водой с этими тарелками; а вы говорите мне, что возможно, на будущей неделе пришлёте приглашение; а мне ведь сегодня в Лондон возвращаться! Нет, как вам это нравится?!
       Роза угрожающе раскачивалась в футе от лица мадам Кольбер.
       - Вот что, мисс гордячка, - смотрите; если вы думаете, что у меня нет денег, чтобы заплатить за то, что я хочу - ВОТ!
       И с этим миссис Харрис открыла свою старенькую сумочку из искусственной кожи и перевернула ее. По случайному совпадению резиновое колечко, стягивавшеё рулон банкнот, лопнуло именно в этот миг, и из сумочки обрушился настоящий водопад из пяти, десяти и двадцатидолларовых купюр.
       - Вот! - голос миссис Харрис возвысился до предела. - Чем не хороши денежки? Разве хуже, чем у кого другого?!
       Пораженная мадам Кольбер смотрела на удивительное - и, надо признаться, завораживающее зрелище, - и, не удержавшись, пробормотала:
       - Мон дье! Да уж получше, чем у некоторых!..
       Она вспомнила вдруг о давешней ссоре с мсье Андре Фовелем, который сетовал на падение курса французского франка и на клиентов, которые не платят по счетам; какая ирония судьбы в том, как явился к ней настоящий покупатель с наличными! Никто не мог бы отрицать тот безусловный факт, что груда долларов на её столе была настоящими деньгами.
       Но мадам Кольбер слишком сильно смущали манеры и внешность этой невообразимой покупательницы. Откуда у нее, по собственному признанию зарабатывающей на жизнь мытьем полов и посуды, такие деньги? И зачем могло ей понадобиться платье от Диора? Нет, в деле было слишком много несоответствий, а у мадам Кольбер хватало неприятностей и без диковинной англичанки, у которой было денег намного больше, чем ей полагалось бы иметь.
       Поэтому она непреклонно, стараясь не обращать внимания на укрывший стол долларовый ковер, повторила:
       - Прошу прощения, но сегодня в салоне мест нет.
       Миссис Харрис задрожала и даже зажмурила глаза, видя новое несчастье. Здесь и сейчас, в этом пустом враждебном доме, перед этими холодными враждебными глазами, вот-вот должно было случиться непоправимое. Им не нужна была она, им не нужны были даже её деньги! Они собирались выгнать её обратно, в Лондон, без вожделенного платья!..
       - Господи! - воскликнула она. - Да что же, сердца у вас, французов, нету, что ли?! Вы! - такая красивая и холодная! Неужели же вы никогда не хотели чего-то так сильно, что плакали бы всякий раз, когда думали об этом?! Неужели вам не приходилось не спать ночами - и мечтать о чем-то, и дрожать, и мучиться, потому что вы знали бы, что, наверно, ваше желание никогда не исполнится?!
       Слова миссис Харрис, как нож, вонзились в сердце мадам Кольбер, потому что ночь за ночью она делала именно это - лежала без сна, и дрожала, и мечтала помочь своему мужу, и не могла. И воспоминание об этом страдании вырвало у неё крик боли:
       - Как вы узнали? Как вы могли угадать?!
       Её темные грустные глаза встретились с маленькими ярко-голубыми глазками миссис Харрис, в которых уже заблестели слезинки. Женщина смотрела в лицо женщине - и то, что увидела мадам Кольбер, наполнило её ужасом, а затем - состраданием и пониманием.
       Объектом ужаса была она сама. Как она могла быть такой холодной, такой недоброй?! Мадам Кольбер показалось, что странная маленькая женщина показала ей зеркало, дала увидеть себя самоё, какой она стала из-за того, что прощала себе всё и замыкалась на собственных проблемах, не обращая внимания на других. Она со стыдом вспомнила, как вела себя с мсье Фовелем, и с ещё большим раскаянием подумала о том, как напрасно обидела своих продавщиц - и даже свою любимицу Наташу.
       А хуже всего было осознание того, что она позволила себе так обрасти корой из-за своих бед - и стать слепой и глухой к людям и к боли чужих сердец. Кто бы ни была эта женщина, откуда бы она ни приехала - это была женщина, со всеми присущими женщине страстями; и когда пелена спала с глаз мадам Кольбер, она прошептала:
       - Дорогая моя... вы мечтаете о платье от Диора!..
       Миссис Харрис не была бы заслуженным ветераном своей профессии, если бы сумела воздержаться от саркастического ответа:
       - Надо же - и как это вы узнали и могли угадать?
       Но мадам Кольбер пропустила сарказм мимо ушей. Она разглядывала груду денег на столе и качала головой.
       - Но откуда...
       - Копила и экономила, - просто объяснила миссис Харрис. - Целых три года. Но ведь когда чего-то хочешь по-настоящему, всегда что-нибудь придумается. Ну, ясно, надо и немножко удачи. Вот я и выиграла сто фунтов в футбольной лотерее, и сказала себе: «Это знак, Ада Харрис» - и начала копить, и вот я здесь.
       Интуиция подсказала мадам Кольбер, что значило «копить и экономить» для этой женщины, и её захлестнула волна восхищения перед мужеством и упорством маленькой уборщицы. Может быть, прояви она такое же мужество и силу воли, вместо того, чтобы вымещать свои беды на беспомощных продавщицах, она могла бы помочь своему мужу!.. Мадам Кольбер вновь провела рукой по лбу и пришла к решению.
       - Как вас зовут, дорогая?
       Миссис Харрис назвалась, и мадам Кольбер вписала её имя на тисненую карточку, извещавшую, что мсье Кристиан Диор, и не меньше, имеет честь пригласить миссис Аду Харрис на сегодняшний показ коллекции Дома Диор.
       - Приходите в три часа, - сказала мадам Кольбер, вручая ей приглашение. - Мест у нас действительно нет, но я посажу вас тут, на лестнице, и вы все увидите.
       Враждебность, обида и сарказм исчезли из голоса миссис Харрис, в почти религиозном экстазе взиравшей на этот пропуск в рай.
       - Как это мило с вашей стороны, милая, - с чувством сказала она. - Похоже, счастье-то мне не изменило!
       Удивительное чувство покоя снизошло на мадам Кольбер, и задумчивая улыбка появилась на её лице.
       - Кто знает, - проговорила она, - может быть, вы и мне принесёте счастье?

7


       В пять минут третьего на парадной лестнице Дома Кристиана Диора сошлись лицом к лицу три человека, чьим путям было суждено диковинным образом пересечься. Сейчас эта лестница не была пустой - по ней поднимались и спускались, на ней стояли гости, клиенты, продавщицы, представители прессы.
       Первым из троих был мсье Андре Фовель, молодой главный бухгалтер, хорошо сложенный красавец-блондин, которого не портил даже шрам на щеке - честный шрам, вместе с которым мсье Фовель получил и медаль, за службу в Алжире.
       Он часто ощущал потребность сойти с холодных высот пятого этажа, отданного гроссбухам и арифмометрам, в теплую атмосферу духов, шелков, атласа - и женщин, окутанных ими, на второй этаж. Мсье Фовель всегда был рад побывать на втором этаже и даже искал предлога спуститься туда, потому что тогда ему удавалось увидеть свою богиню, модель-звезду, в которую он был влюблен отчаянно и, конечно, безнадежно.
       Ибо мадемуазель НаташA, как знали её пресса и общество в мире моды, была любимицей Парижа; эта темноволосая и темноглазая красавица была исключительно привлекательна и, несомненно, перед нею открывалась фантастическая кинокарьера или брак с богатым и знатным человеком. Каждый соответствующий этому описанию парижский холостяк, каждый вдовец, а также немало женатых мужчин пытались обратить на себя её внимание.
       Мсье Фовель же происходил из добропорядочной и вполне обеспеченной семьи среднего класса; у него была завидная должность и хорошая зарплата - но его мир был так же далёк от блистающего мира великолепной Наташи, как планета Земля - от сверкающего Сириуса.
       Сегодня ему повезло - он успел бросить на Наташу взгляд через двери её гардеробной. Наташа уже была одета в первое платье из тех, которые она должна была демонстрировать сегодня - то было длинное одеяние из тонкой шерсти огненного цвета, и такая же шляпка пламенела на её точеной головке. На воротнике платья сверкала бриллиантовая снежинка, а через руку было небрежно переброшено боа из соболей. Мсье Фовель подумал в этот миг, что его сердце сейчас остановится навсегда - так она была прекрасна... и так недоступна.

       Мадемуазель Наташа обратила на мсье Фовеля взгляд своих удивительных задумчивых глаз - широко поставленных, миндалевидных, глубоких - и, конечно, не увидела его: она, показывая кончик розового язычка, с трудом подавила зевок. Дело в том, что она устала и ей было смертельно скучно. Почти никто в Доме Кристиана Диора не знал её настоящего имени и происхождения, и уж совсем ничего не знал, о чем думает и мечтает эта длинноногая, с высокой узкой талией и волосами цвета воронова крыла Ниоба, к которой знать, богачи и знаменитости слетались, как мошки на свет.
       По-настоящему её звали Сюзан Птипьер. Она была из семьи простых буржуа из Лиона, и она отчаянно устала от жизни, которую профессия заставляла её вести: бесконечная череда коктейлей, приемов, обедов, театральных премьер, кабаре, в качестве спутницы киношников, автомобильных магнатов, стальных королей и титулованных особ, каждый из которых мечтал, чтобы его увидели, а главное - сфотографировали в обществе первой модели Парижа. Но мадемуазель Птипьер не было нужно ничего ни от кого из них. Её вовсе не привлекала карьера в кино или на сцене, как не хотелось ей и стать титулованной хозяйкой какого-нибудь доисторического замка. Больше всего на свете ей хотелось вернуться в свой средний класс, из которого она была вырвана. Выйти замуж по любви - за хорошего, простого человека, не слишком красивого и не слишком умного; поселиться в уютном, приличествующем добропорядочным буржуа доме, и родить мужу целый выводок чудесных маленьких буржуа. Такие люди были - она знала это; люди, не такие тщеславные, хвастливые или настолько суперинтеллектуальные, чтобы она не могла чувствовать себя с ними на равных. Но сейчас все такие люди были вне круга её общения. Вот и сейчас, под множеством восхищенных взглядов, Наташа чувствовала себя одинокой и несчастной. Между прочим, вот этот молодой человек, который так пристально смотрел на неё... где-то она его уже видела. Вот только где?
       Наконец третьей была миссис Харрис (номер 5 по Виллис-Гарденс, Бэттерси, Лондон). Она взбежала по лестнице, уже запруженной гостями второго сорта, и попала прямо в объятия мадам Кольбер. И тут совершилось нечто поразительное.
       Дело в том, что для постоянных клиентов и признанных знатоков и ценителей места на лестнице Дома Диор - это Сибирь; оказаться на лестнице не менее унизительно, чем когда метрдотель фешенебельного ресторана посадит вас за столик возле двери на кухню; лестница - место для невежд, праздно любопытствующих, всяких малозначащих людей и журналистов из мелких изданий.
       Мадам Кольбер увидела миссис Харрис в её дешёвой одежде; но теперь одежда не помешала ей увидеть прежде всего храбрую женщину и свою сестру. Она подумала о простодушии и мужестве, которые помогли маленькой англичанке на пути к мечте - чисто женской мечте о, казалось бы, недостижимом предмете роскоши, о мечте женщины, ведущей тяжелую и бесцветную жизнь обладать совершенным произведением искусства. А кроме того, мадам Кольбер чувствовала, что миссис Харрис - едва ли не самая важная и достойная личность среди собравшейся на сегодняшний показ толпы щебечущих дам.
       - Вот что, - решительно объявила она миссис Харрис, - никаких лестниц! Я этого не допущу. Идёмте. Я усажу вас в салоне.
       Она повела миссис Харрис сквозь толпу, ведя её за руку - и ввела её в главный салон, где были заняты уже все серо-золотые кресла, кроме двух рядом, в первом ряду. Мадам Кольбер всегда оставляла одно-два места на случай, если какой-нибудь важной особе вдруг придет в голову неожиданно появиться на показе коллекции, или если один из лучших клиентов приведет кого-нибудь с собой.
       Она подвела миссис Харрис к свободному месту и усадила.
       - Вот, - сказала она. - Отсюда вам всё хорошо будет видно. Вы не забыли приглашение?.. Вот карандашик; когда манекенщицы будут входить в салон, девушка у входа будет по-английски объявлять номер платья и его название. Записывайте номера платьев, которые вам понравятся больше других - я подойду к вам после.
       Миссис Харрис шумно уселась, с комфортом расположилась в роскошном сером с золотом кресле. Сумочку она положила на пустое кресло слева и приготовила карточку и карандаш. Затем, счастливо улыбаясь, миссис Харрис принялась разглядывать соседей.
       Разумеется, она никого здесь не знала, но в главной зале салона собралась публика, являвшая собой срез сливок общества со всего света, включая нескольких представительниц английской аристократии, - леди и рыцарственных дам, французских маркиз и графинь, баронесс из Германии, принципесс из Италии, жён французских промышленных нуворишей, супруг южноамериканских миллионеров, покупательниц из Нью-Йорка, Лос-Анджелеса и Далласа, звезд экрана и сцены, именитых драматургов, богатых плейбоев, дипломатов...
       Кресло справа от миссис Харрис занимал свирепого вида пожилой джентльмен с белоснежной шевелюрой и усами, с такими же седыми клочковатыми бровями, которые торчали, точно перья; под его глазами лежали темные мешки, но сами глаза были пронзительно-синими и необычайно внимательными, и выглядели как-то очень молодо. Волосы были зачёсаны вперед и аккуратно подстрижены, ботинки отполированы до неправдоподобного блеска, почти светящейся белизны бельё под фраком накрахмалено так, как теперь этого делать уже не умеют; а на лацкане было приколото нечто, что миссис Харрис приняла за маленькую розочку - это ей чрезвычайно понравилось, хотя и удивило, поскольку раньше ей не приходилось видеть, чтобы джентльмен носил так цветы. Она загляделась - и пожилой джентльмен перехватил её неприлично долгий взгляд.
       Худой, похожий на клюв нос нацелился на миссис Харрис, внимательные синие глаза строго уставились на неё - но голос был негромкий и усталый.
       - Что-нибудь не так, мадам?
       Вопрос был задан на безупречном английском языке.

_____________
(*) «collection» означает не только «коллекцию», но и «сбор» - например, сбор средств, пожертвований

Tags:

(13 комментариев | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:brutaltag
Date:Октябрь 5, 2006 07:03 am
(Link)
А много будет всего частей?
Просто в традиционном просмотре френдленты я ниасиливаю большие тексты, но не исключено, что как-нибудь соберусь и прочту все оптом.
[User Picture]
From:kernel
Date:Октябрь 5, 2006 07:13 am
(Link)
По частям лучше не читать. Очень сильный абстинентный синдром в ожидании следующей части. :-)))
[User Picture]
From:mrlakenstein
Date:Октябрь 5, 2006 07:20 am
(Link)
Я читаю как раз по частям. Прибегаю с утра на работу и сразу за миссис Харрис. Бодрит лучше, чем кофе. Хотя ждать следующей главы нелегко (
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Октябрь 5, 2006 07:34 am

крепитесь!

(Link)
У этой повести - всего лишь 14 частей

а потом будет "Миссис Харрис едет в Нью-Йорк"
[User Picture]
From:lap34
Date:Октябрь 5, 2006 07:45 am

Re: крепитесь!

(Link)
ура!
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Октябрь 5, 2006 07:59 am

Re: крепитесь!

(Link)
скажу честно - та послабее будет :)

надо ещё собраться с силами и оттэжить её. В смысле, оттэговать.
From:shannar
Date:Октябрь 5, 2006 08:31 am
(Link)
У всех   может стоит точку с запятой проставить?
From:shannar
Date:Октябрь 5, 2006 08:36 am
(Link)
Речь шла про "& n b s p"
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Октябрь 5, 2006 08:42 am
(Link)
а! о!

и правда, пропустил, когда делал автозамену

поправил во всех... но если честно, не вижу разницы :)
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Октябрь 5, 2006 08:45 am
(Link)
Во всяком случае, во всех последующих ; будет, но я не понимаю... в ЖЖ-публикации я не заметил никакого непорядка!
From:shannar
Date:Октябрь 5, 2006 10:25 am
(Link)
Возможно, браузер автоматически исправил. У тебя, часом, не Internet Explorer? На работе у меня просто стоит "Mozilla/5.0 (X11; U; Linux i686; en-US; rv:1.8) Gecko/20051224 Debian/1.5.dfsg-3 Firefox/1.5" и там все эти "& n b s p" были видны, что отнюдь не радовало...
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Октябрь 5, 2006 11:01 am
(Link)
мда

а что же все молчали?

а у меня, конечно, эксплорер, как фирма установила, которая компьютеры поставила... - а разве бывают другие? я думал, это фантастика...
[User Picture]
From:phd_paul_lector
Date:Октябрь 5, 2006 08:36 am
(Link)
у всех кого?
другой дневник, на ли-ру. С картинками и фотоальбомом! Разработано LiveJournal.com